Вятские бурлаки

Материал из энциклопедии "Вики-Поляны"
Перейти к: навигация, поиск
tux
Эта статья авторская и защищена от правок, но можно оставить комментарий на странице обсуждения.

© В.А. Слесарев

Кого называли бурлаками

"Выдь на Волгу: чей стон раздается
Над великою русской рекой?
Этот стон у нас песней зовется —
То бурлаки идут бечевой!.."
Н.А. Некрасов
Илья Репин Бурлаки на Волге.jpg

Широко распространено представление, что бурлаки - наёмные рабочие в России XVI - начала XX веков, которые, идя по берегу (по так называемому бечевнику), тянули, с артелью, при помощи бечевы речное судно против течения. Образы бурлаков, занимавшихся буксировкой речных судов, представлены на картинах Ильи Репина.

Однако, к бурлачеству или "судовой работе" относили вообще всякого рода службу на речных судах и лесных плотах. Помимо широко известных тягачей судов, бурлаками издавна считали и лесосплавщиков, и грузчиков-крючников, и других неквалифицированных рабочих-водников.

В зависимости от исполняемых обязанностей бурлаки делились на несколько категорий:

  • простые подчинённые судорабочие - таких было большинство,
  • старший из них – «водолив», должен был следить за техническим состоянием судна, вовремя ликвидировать течи, чтобы не затопить баржу и не испортить товар,
  • «лоцман» – отвечал за управление судном, чтобы не посадить его на мель, провести без приключений товар через все опасные места,
  • «шишка» – передовой в лямке.

Иногда бурлацкая артель делилась на две группы:

  • «коренные», которые сопровождали судно от места его нагрузки до места окончательной выгрузки,
  • вспомогательные, временные («сходочные»), которые сопровождали судно только при сплаве его по небольшим рекам и оставляли его, когда оно достигнет большой судоходной реки, где сплав делается уже менее затруднительным.

При весеннем сплаве судов по несудоходным мелким рекам были ещё особого рода бурлаки, которые назывались косными съёмщиками или просто «косными» - они следили за тем, чтобы судно или плот не цеплялось за прибрежные кусты и коряги.

С конца 19 века особый разряд бурлаков представляли также матросы и кочегары на пароходах и матросы на пароходных баржах.

Особенности бурлачества на Вятке

Вятские бурлаки.jpg

Подъём судов по рекам до появления пароходства осуществлялся разными способами:

  • с помощью вёсел,
  • с помощью шестов,
  • с помощью парусов при попутном ветре (на Вятке для этого были пригодны суда особого типа - "расшивы"),
  • с использованием конного ворота, на который наматывался канат с якорем на конце, завезённым вперёд на лодке - "завозне" (на Вятке такое судно называли "коноводка", на Каме - "кабестан"),
  • и с помощью буксирования бечевой.

У реки Вятки бечевая полоса настолько узкая, что по ней в некоторых местах можно пройти только в одиночку, и совсем проблематично тянуть лямку бурлацкой артелью. Буксирование против течения могло быть только в некоторых местах на небольших расстояниях, преимущественно в верховьях Вятки или на её притоках.

Особенность бурлачества на Вятке в том, что здесь реки использовались преимущественно для сплава судов с товарами и плотов с лесоматериалами.

Караваны судов и плотов сплавлялись до устья Вятки, и уже там их начинали тянуть лямкой вверх по Каме, до Перми. Или сплавлялись до Волги, там высаживались на берег и поднимали товары до Рыбинска. Сплав обычно происходил караванами, чтобы при попадании на песчаную отмель, камень или иную засаду можно было привлечь рабочих с других судов или плотов.

Крестьяне северных и центральных уездов Вятской губернии (Орловского, Котельнического, Нолинского) обычно нанимались на Волжские и Пермские пристани, иногда отстоящие на 800-900 вёрст, на путину продолжительностью около трёх месяцев. Бурлачество было наиболее развито в Орловском уезде, где в некоторых волостях (Истобенской, Спасской, Рыбинской, Голомидовской, Колковской, Левинской, Навалихинской, Коврижской, Шалеговской и Посадской) это был главный промысел местного крестьянства.

Несколько сот бурлаков ежегодно нанимались на сплав железа из Холуницкого, Кирсинского и Омутнинского заводов Вятской губернии. Караваны с этих заводов сплавлялись до устья Камы или до Лаишева. Самый дальний путь проходил караван Омутнинского завода, так как он отправлялся с одного из самых верхних притоков реки Вятки в Глазовском уезде (реки Омутной), через всю р. Вятку и по Каме до Лаишева. Продолжительность сплава каравана от пристани Омутнинского завода до Лаишева составляла 35 дней. Кирсинский караван проходил путь на 100 с лишком вёрст менее, чем Омутнинский, - по Вятке и Каме. Путь Холуницкого каравана был ещё короче Кирсинского - по р. Белой Холунице, Вятке и Каме.

Заработная плата, получаемая бурлаками за сплав судов вятских заводов, была несколько выше, чем при найме на Волжские и Камские пристани. При этом расстояние до этих заводов от местожительства бурлаков было существенно меньше, соответственно тратилось меньше денег и времени на проход или проезд. Сплав происходил через территории уездов, где жили бурлаки, и была возможность останавливаться там на пару суток, для увольнения домой, чтобы запастись свежей провизией и бельём. К тому же, вятские судовладельцы при составлении договоров шли навстречу нанятым судорабочим, и в контрактах содержались дополнительные гарантии в интересах бурлаков, чего не было в других местах:

  • плата за несвоевременное отправление каравана из-за конторы - 15 копеек за каждый простойный день;
  • если на непредвиденную перегрузку судов уходило более 10 дней, то полагалась повышенная оплата за день;
  • если караван вынужден прервать движение из-за мелководья, в ожидании прибыли воды, то по истечении 4 дней полагалась дополнительная плата за каждый день простоя;
  • и др.

Условия бурлацкого найма

В 1810 году в России был принят закон, регулирующий наём бурлацкой силы.

Социальный состав бурлаков был чрезвычайно разнороден. Среди них в 1854 г. было (в тыс. чел.):

  • Крестьян (государственных, помещичьих, удельных) – 580,8
  • Вольноотпущенных и свободных хлебопашцев – 4,4
  • Солдат (отставных, пахотных, бессрочно отпущенных) и казаков – 14,1
  • Мещан, купцов, однодворцев – 85,9
  • Дворян – 2,8

Несмотря на разношёрстность бурлацкой массы, она чётко делилась на профессионалов и случайных людей ("водобродов"). Первые, бурлачившие всю свою жизнь, отлично знавшие реку, всегда нанимались в "коренные" и были самым надёжным элементом бурлацкой среды. В случайные бурлаки по крайней нужде шла крестьянская беднота, городская и посадская голытьба или же "лишние руки", которые не могли найти применения своего труда в деревне. Значительную часть случайных бурлаков составляли (до отмены крепостного права в 1861 г.) помещичьи крестьяне, сдаваемые внаём за недоимки или в виде наказания, а также беглый беспаспортный люд, который можно было нанять за гроши или просто "за харчи".

Наём бурлаков проводился обычно на "бурлацких" базарах. В бассейне Волги крупными пунктами найма бурлаков были Пучеж, а также Кострома, Кинешма, Юрьевец, Городец, Балахна, Нижний Новгород, Самара, Саратов, а на Каме в Вятской губернии — Пермь, Чистополь, Лаишев.

В период расцвета "судового промысла" - в 1840-е годы общее количество бурлаков в Волжском бассейне определялось до 600.000 человек. Вообще, бурлаки собирались со всего Поволжья и почти из всех прилегающих к Волге и ее притокам губерний - все со своими характерными ироническими прозвищами в бурлацкой среде, передающимися из рода в род. Тут были:

тверичи - "козлятники" "Тверичи через забор козу пряниками кормили, думая, что девка"
костромичи - "тамойки" Произносящие "тамойко", вместо "там"
ярославцы - "чистоплюи" Франты, белоручки и здоровяки - "кровь с молоком".
нижегородцы - "водохлебы" Общее название бурлаков - профессионалов, носивших, для обозначения своего знания, ложку за околышем картуза, и, в частности ироническое прозвище нижегородцев, у которых "воды много, а почерпнуть нечего" (вследствие расположения города на горах)
казанские татары - "князья" или "свиное ухо" Общие насмешливые прозвища татар.
самарцы - "горчичники" Сеявшие прежде горчицу: позднее в переносном смысле - хулиганы.
саратовцы - "чехонники" В Саратове чехонь (рыба) через собор перепрыгнула, а мещане этот собор с молотка продали.
рязанцы - "макары" По преданию, Петр I, встретив в Кадоме трёх Макаров подряд, в шутку сказал: "Будьте ж вы все Макары!" "Макар" - простак.
тамбовцы - "ягутки" Общее название на севере (в новгородско-череповецком р-не) случайных бурлаков из крестьянской голытьбы: производят от слова ягун - акальщик, говорящий на "а", но может быть и от нижегородского и костромского ягло - падаль, упадь, стерва.
пензенцы - "толстоногие" Надо думать, в связи с большим распространением в Пензенской губернии мордвы, считающей толстые ноги признаком красоты женщин.
муромцы - "святогоны" Прогнали в XIII веке епископа св. Василия.
вятчане - "слепороды" Некогда свою рать побили, приняв ее за неприятельскую.[1]

— И.А.Шубин "Волга и Волжское судоходство" стр.299 - 301


Ежегодно в январе-феврале в Вятскую губернию прибывали приказчики Екатеринбургских и Кунгурских купцов или доверенные от Уральских горнозаводских контор. Они обычно знали лично многих бурлаков. Посредником между бурлаками и нанимателем являлся выборный подрядчик от каждой артели или, так называемый «десятник», которому артель доверяла заключение договора с нанимателем. Иногда «десятника» назначал сам приказчик. «Десятник» принимал у себя нанимателя, угощал его, обговаривал с ним все подробности о предстоящей работе и потом в волостном правлении в присутствии артели подписывал бумаги. Артель обычно назначала предельную цену, на которую «десятник» во время переговоров мог в крайнем случае соглашаться. Иногда недобросовестные «десятники» за хорошую мзду заранее сообщали судовщикам предельную цену найма артели, но если бурлаки каким-то образом узнавали об этом, они жестоко расправлялись с ним. «Десятнику» от бурлацкой артели перепадали гривенники и пятиалтынные за хлопоты и за то, что он нанимает именно их, а не других.

Бурлацкий договор

Бурлак на Волге.jpg

В договоре оговаривались обязанности сторон и особенно подробно обязанности бурлаков. По договору бурлак должен был добросовестно работать, быть послушным, обязан был в случае нападения разбойников защищать добро хозяина, а в случае аварии – выгружать груз на берег. Условия договора были очень жёсткими: рабочий день продолжался от зари до заката, по 18 часов; за день бурлаки проходили по 25 километров. Никакого урочного времени для выполнения работ при сплаве судов, ни определенного времени для отдыха бурлакам не назначалось, всякая работа их была безотлагательна и её нужно было исполнить хотя бы и ночью, остановок в пути по случаю праздничных и табельных дней, разумеется, тоже не полагалось.

На все случаи неустойки, порчи, хищения хозяйского имущества договорами обычно предусматривалась круговая порука и ответственность всех членов артели, а артель уже сама должна была решать, как взыскать свои убытки с виновного.

Если рабочий заболевал, грузовладелец был обязан оставить его только в населённом пункте, снабдив деньгами (хозяин ничего не терял, он платил из артельных денег). Обычно бурлаки нанимались на одно расстояние, на одну путину; редко удавалось поработать дважды. Будучи сезонным, бурлачество не могло служить постоянным объектом приложения труда и источником существования.

Бурлаки отлучались на промысел, приобретая специальную справку - билет на отлучку (стоил 40 копеек). Крестьяне, занимавшиеся бурлацким промыслом постоянно, часто приобретали годичный паспорт и сдавали его нанимателям, в знак того, что в следующую путину обязательно явятся на работу.

Обычный судорабочий-бурлак получал 18-20 рублей за рейс, лоцман мог получать до 200 рублей. Выплаты этой суммы производились частями:

  • При самом заключении договора в волостном правлении бурлакам выдавался задаток в размере, несколько превышающем 50% всей денежной платы, предусмотренной по договору. Из задатков только самая незначительная часть попадала в руки бурлаков, потому что задаточные деньги выдавались нанимателем через посредничество волостных начальников, которые тогда же зачисляли эти деньги в уплату податей, причитающихся с бурлака и членов его семьи за первую половину года. Для крестьян, испытывавших острую нужду перед началом весны, возможность получить денежный задаток при найме в бурлаки служила неотразимой приманкой для привлечения к этому промыслу. Нередко судовщик, желая подешевле нанять артель бурлаков, приезжал к сельскому старосте или старшине. Те вызывали крестьян-недоимщиков и принуждали их пойти в бурлаки.
  • Второй задаток в размере 25% от договорной суммы обычно выдавался бурлакам на сборном пункте (обычно это был г. Вятка), для покрытия издержек их путешествия к пристаням (деньги "на проход"). Нанимая подводы, а где-то проходя пешком, бурлаки достигали пристаней за 12-15 дней, являясь туда уже без гроша денег.
  • Третью часть, от 7 до 12% договорной суммы, бурлаки получали на пристани накануне отправления каравана в рейс. Этими деньгами они расплачивались с хозяевами квартир, у которых останавливались на постой. Если бурлаки не успевали прибыть на пристань вовремя в назначенный день, то нанимателем с них удерживался штраф - 30 копеек за каждый день опоздания. Кроме денежной платы, бурлакам полагалось продовольствие на время приготовления судов или плотов к сплаву и на время самого сплава. Продовольствие выдавалось от хозяина каравана в виде сырых припасов (муки, мяса, иногда ещё соли) в количестве, определенном по договору на каждого человека. Из выданной муки они на пристанях же заготавливали себе печёный хлеб на всё время сплава.
  • Оставшуюся часть заработка артель бурлаков получала уже после завершения рейса. При расчетах большие недоразумения возникали в оплате за простойные дни. По существовавшему в те времена положению простойные не по вине судорабочих дни оплачивались только начиная с четвертого дня простоя по 15 коп. на день. За первые три дня бурлаки, а также коноводы ничего не получали. Чтобы не платить простойных денег, судовладельцы часто прибегали к хитрости: отстояв на одном месте три дня, они заставляли судорабочих продвинуть судно вперёд на 400—600 м, и таким образом получали очередные льготные три дня. Многочисленные жалобы и возмущения судорабочих вынудили Сенат 27 августа 1817 г. издать указ, которым было установлено, что день не будет считаться простойным в том случае, если дневной переход вниз по течению превысит 16 верст, а вверх — 6 вёрст. Кроме того, лимит на льготные три дня, когда судовладелец мог не платить рабочим простойных денег, распространялся на всю навигацию, а не на разовую стоянку. Следует, однако, отметить, что и этот указ не устранил произвола хозяев. За вычетом задатков, расходов на постой, питание, за вычетом штрафов, бурлакам в окончательный расчёт причиталось немного, а иногда и вовсе ничего.

Нанятые бурлаки приходили в места постройки или зимовки судов за две недели до ледохода, готовили суда к плаванию, заводили в безопасные от ледохода места и загружали. Обязательные работы бурлаков на пристанях: очищать суда, приготовлять все необходимые принадлежности для нагрузки и сплава судов, затем очистить берега от льда и снега, по вскрытии реки спустить суда на воду и потом нагружать их. Отправлялись суда в рейс обычно сразу после ледохода.

В договоре, заключенном 24 апреля 1847 г. в Нижнегородском отделении Рыбинской судоходной расправы артелью судорабочих с балахнинским купцом Нестеровым, первые брали на себя следующие обязательства:

по прибытии на расшиву ее "убрать как следует к плаву, сплавить вниз рекою Волгою до колонии Баронского к показанным амбарам, из коих по уделании нами мостков нагрузить пшеницей, как хозяину угодно будет, по нагрузке же и по настоящему убравшись, взвести оную расшиву вверх, рекою Волгою до Ниж. Новгорода с поспешностью, не просыпая утренних и вечерних зорь, в работе определить нас на каждую тысячу пудов груза по три с половиною человека, кроме лоцмана, во время же пути следования всемерно нам стараться, чтобы судно не подвергалось ни малейшей задержке. Равно нам всем находиться у хозяина и его посланного и лоцмана во всяком послушании и повиновении... Если же встретиться мелководие, то перегрузить кладь в паузки, за которыми нам ходить вверх и вниз по 30 верст без платы. Если же с судном последует несчастье и не будет возможности спасти оное, то обязаны мы немедленно оное подвести к берегу, воду из оного отлить, кладь выгрузить на берег, подмоченное пересушить и обратно в то или другое судно погрузить и следовать по прежнему. При этом обязаны мы иметь на судне крайнюю осторожность от огня и для того табаку на судах отнюдь не курить, от нападения воров защищаться и до грабежа не допускать, судно и хозяина днем и ночью оберегать. По приходе в гор. Нижний судно поставить, припасы пересушить, убрать, куда приказано будет, потом, получа паспорта и учинив расчет, быть свободным. Если же при расчете окажется за нами излишний перебор денег, то таковые обязаны мы сполна заплатить беспрекословно. Ряда каждому за путину по 16 рублей серебром. Задатку каждому по 10 р. 29 к. серебром".


Вятское бурлачество после появления пароходства

До появления пароходства по Волге и Каме, очень многие бурлаки Вятской губернии занимались своим промыслом всё летнее время, отправляясь на заработки еще по зимнему пути ранней весной и возвращаясь домой тоже по зимнему пути при наступлении следующей зимы.

С развитием пароходства бурлакам осталась только незначительная часть их прежней работы, именно, сплав грузов к устью Камы, откуда они следовали к Нижнему Новгороду или Рыбинску уже за буксирными пароходами.

Другая часть бурлаков стала наниматься кочегарами и матросами на пароходах и баржах.

Третью часть составляли бурлаки, которые сплавляли лесные суда (беляны) и плоты с разных мест заготовок лесных материалов в Вятской и соседних губерниям к Саратову и Царицыну.

Река Вятка судоходна во всякое время года, на всём почти своём протяжении, начиная от Залазнинского завода до устья. Вследствие периодического летнего полноводья реки, существующие на ней отмели не стесняют судоходства, которое начинается по вскрытии льда, и продолжается по октябрь месяц. Суда употребляются на ней следующие: сплавные барки и полубарки...; суда строемые гражданами г. Котельнича, длиною от 20 до 22 саж., на которых отправляют в г. Рыбинск хлеб, подымают от 18000 до 22500 пуд. и для управления ими нужно рабочих от 70 до 80 чел.; коноводные суда с тяжестями от 30000 до 60000 пуд. требуют для своего управления от 30 до 50 чел. рабочих; конные машины с подчальниками и коломенки, поднимающие от 8000 до 9000 пуд., требуют не менее 16 чел. рабочих. Лес гонится в плотах, на которых необходимо иметь от 2 до 8 чел. Рабочие для управления судами набираются из местных жителей и преимущественно из крестьян Вятского, Нолинского отчасти, Котельнического, Уржумского и Орловского уездов, где по малоземельности и бесплодию почвы быстро распространяется бурлачество.

Предметы торговли по р. Вятке следующие:
1) лес из Слободского, Котельнического, Орловского, Уржумского и Малмыжского уездов;
2) хлеб из г.г. Вятки, Орлова и Котельнича, слободы Кукарки, Нолинского и Елабужского уездов;
3) лесные изделия из Елабужского, Малмыжского, Нолинского, Уржумского и Слободского;
4) юфть, кожи, крестьянские сукна и медные изделия из г.г. Слободского, Вятки, Орлова и Елабуги;
5) железо и чугун из заводов Глазовского, Слободского и Уржумского уездов;
6) медь из Слободского и Елабужского уездов.
Означенные предметы отправляются в следующие места:
хлеб в низовые города, г. Рыбинск и на Нижегородскую ярмарку;
лесные изделия и лес в низовые города, на Нижегородскую ярмарку, в г.г. Саратов, Астрахань и Кизляр на вольную продажу;
железо, медь, холст, кожи и крестьянские сукна на Нижегородскую ярмарку, в низовые города на вольную продажу и в г. Москву.

— Военно-статистическое обозрение Российской империи. Том II. Часть 4. Вятская губерния. - СПб: Изд. Генштаба, 1850. - С.27.


Если бурлаки нанимаются на сплав леса с самого места его зимней заготовки, которая большея частию бывает на берегах очень малых лесных речек, то работа их делится на две части: сначала они должны исполнить так называемую "выгонку" леса по малым речкам, а затем - самый сплав его по Вятке, Каме и Волге. С пристаней или так называемых "плотбищ" на лесных речках, куда свозится зимою лес лесорубами, выгонка его до сплавной реки производится в небольших двурядных или однорядных плотах, а иногда и "молем", т.е. без всякой связки в плоты. Во всё время службы бурлаки обязаны начинать работы с разсветом, а оканчивать при наступлении ночи, в крайних случаях должны работать и в ночное время. По прибытии на плотбища они устраивают плоты готовыми для этого материалами и принадлежностями (ромшины, вицы, клинья) и затем начинается самая выгонка леса, которую обыкновенно нужно бывает спешить, пока не обмелели ещё лесныя речки.

Обязанности, которыя неупустительно должны быть выполняемы бурлаками при выгонке и сплаве леса, обыкновенно определяются в договорах таким образом:
1) при выгонке леса разчищать заграмождающие русло речек завалы, пропускать лес через мелничныя запруды, сваливать вновь в реку лес, выброшенный на берег, выводить остановившиеся плоты и бревна из так называемых заводей, зачищать, т.е. хватать и пригонять к плотам, оторвавшияся от них бревна;
2) по выгонке леса на большую сплавную или судоходную реку бурлаки обязаны сплотить лес для дальнейшаго сплава до Саратова в большие плоты; устроить матки, произвесть все необходимыя плотницкия работы (присечки), сводку и счалку так называемых "челенов" (т.е. членов - отдельных составных частей плота), в случае надобности - перечаливать "челены" из одного плота в другой, погрузить и вчалить снасти, лоты, якори, срубить и поставить казёнку, изготовить шесты, гребки и т.п.;
3) во время сплава плотов по Вятке, Каме и Волге бурлаки в тихую погоду наблюдают за плотом по очереди, вообще отправляют дневной и ночной караул, во время бури общими силами охраняют плот от всякаго несчастия, постоянно наблюдают и стараются о том, чтобы не занесло плот в мелководный проток или рукав Волги - в так называемую "воложку"; если засядет плот на мель, его обязаны стаскивать не только бурлаки этого плота, но и других плотов хозяина-лесопромышленника; если разобъёт плот бурею, бурлаки должны, по возможности, словить плывущий лес и затем заняться устройством плота вновь; обязаны находить и доставать со дна реки оторвавшийся якорь или лот.

— Статистическое описание Орловского уезда Вятской губернии. Сост. вят. губ. зем. статистик Н. Романов. - Вятка: Вят. губ. земство, 1876 г.


В отличие от бурлаков северных уездов, нанимавшихся на всю трёхмесячную путину, на южной Вятке (в Малмыжском уезде) была возможность отлучиться на этот промысел на 1-2 месяца, в качестве плотогонов, отплывая от близлежащих вятских лесных пристаней.

Сплав леса представлял собой сложный цикл разнообразных работ. Начинался он с порубки леса. После того как деревья повалены и их стволы очищены от сучьев, бревна доставлялись к месту формирования плотов. Если около сечи протекал ручей, впадающий в реку, на которой производится сплотка, то рабочие скатывали в него бревна, и лес россыпью сплавлялся к плотбищу (молевой сплав). Если же такого притока не было, то спиленный лес перевозили к плотбищу на санях в зимнее время.

На южной Вятке существенную часть работ по рубке леса и по его транспортировке до плотбищ выполняли лашманы - особая группа "адмиралтейских" государственных крестьян, занимавшаяся заготовкой лесоматериалов для строительства кораблей и судов. По данным на 1850 год в Малмыжском уезде насчитывалось 6797 лашманов обоего пола (в том числе в Усадской волости - 828).

Перед сплоткой лес сортировали по качеству — на строевой, крепёжный, мачтовый и т.д. Затем из бревен вязались челенья. Челенья объединялись и скреплялись в ленты, ленты — в плоты.

До появления пароходов плоты шли самосплавом и на каждом из них нужно было устраивать систему управления. На головке плота — особым образом сделанном челене — сооружались вороты («воробы»). Для бурлаков, которые сопровождали плот в далеких плаваниях, на головке рубили (ставили) и избу.

На подготовленный к плаванию плот вручную подтаскивалась оснастка: различной толщины канаты, цепи, большие («становые») и малые («рысковые») якоря, лота.

Перед пуском плот вытягивали канатом на течение реки. Во время плавания при маневрировании плотом приходилось с помощью воротов спускать и поднимать («добывать») из воды якоря и лота. Плот, прибывший к месту назначения, разбирался сначала на челенья, а затем и они разбивались, и отдельные бревна поступали либо на обработку, либо на продажу.

Промысел бурлачества вообще считается очень невыгодным, но этого нельзя сказать о бурлачестве крестьян, например, Усадской, Мериновской и других ближайших волостей. Крестьяне этих волостей, будучи, в особенности в прежнее время, очень состоятельны, и не обратились бы к бурлачеству, если бы оно не представляло им выгоды. Они живут уже в низовьях Вятки и у самых лесных пристаней; каждой семье, имеющей лишнего работника, без сомнения, выгодно отпустить его весною на сплав плотов до Вольска, Саратова или Царицына, откуда он вернется через месяц или два и примет участие в полевых работах. Бурлак получает за сплав до названных городов около 20 руб.

— Доклады Вятской губернской земской управы о мерах к обеспечению населения Вятской губернии в продовольствии и обсеменении полей в 1878 году и постановление собрания по этому предмету. - Вятка, 1877. - С.83-84.


По данным из «Книги Вятских родов» В.А. Старостина в реестре селений и жителей на 1891 год видно, что в Малмыжском уезде лесными местными промыслами было занято 9128 крестьян, а бурлачество отмечено как один из основных отхожих промыслов: в уезде насчитывалось 763 бурлака (в том числе больше всего их было в Старо-Трыкской волости - 82 бурлака, в Мериновской волости - 103 бурлака, в Усадской волости - 313 бурлаков).

Известно, что вятский богатырь, герой Порт-Артура и Цусимы, полный Георгиевский кавалер В.Ф. Бабушкин в годы своей юности несколько сезонов работал на лесосплаве по Вятке, Каме и Волге, нанявшись плотогоном к вятскополянским лесопромышленникам.

Бурлаком был отец полководца Л.А. Говорова (1897-1955), уроженца д. Бутырки Яранского уезда Вятской губернии, советского военачальника, Маршала Советского Союза, Героя Советского Союза.

Труд бурлаков был отменён в СССР постановлением НКПС (Наркомата путей сообщения) в 1929 году, однако в годы Великой Отечественной войны из-за отсутствия буксиров на ряде малых рек труд бурлаков продолжал использоваться.

Примечания

  1. Рязанцевский список "Летописца старых лет" 1418 года упоминает битву, которая произошла по ошибке между между вятчанами и устюжанами. Согласно легенде устюжане шли на помощь жителям Вятки для обороны от татар. Но, в условиях темноты, приняли друг друга за вражеское войско и "своя своих не познаша, своя своих побиваша".
    Считается, что в этой битве погибли 5000 человек, а произошла она в овраге, который сейчас называется Раздерихинским.
    Есть версия, что эта битва в действительности произошла где-то на Моломе, а в Раздерихинском овраге в это же время разыгрывалось шутейное детское сражение. Битва была неудачной попыткой Москвы с помощью Устюжан захватить Вятку, и впоследствии тогдашней пропагандой была объяснена ошибкой – «своя своих непознаша», а самих Вятчан на этом сфабрикованном основании надолго заклеймили «слепородами».

Источники